6 июня над Ленобластью сбили 144 беспилотника. Эта атака стала самой масштабной с начала войны. В поселке Большая Ижора в результате атаки начался пожар — загорелся 15-й арсенал ВМФ. Из-за пожара взрывы в поселке продолжались до середины дня, а жителей Ижоры и соседнего поселка Лебяжье эвакуировали.
«Бумага» узнала у ижорцев, как проходила эвакуация, как они восприняли атаку и почему жизнь поселка до сих пор не вернулась в нормальное русло.
Большая Ижора уже сталкивалась с дронами, но эта атака была не похожа на предыдущие
Первые звуки взрывов в Большой Ижоре раздались около 5:20 6 июня. Затем в 5:25, в 5:30. Те, кто пытался посчитать все, к 6 часам говорили уже о 20 взрывах.
Это не первый прилет дронов в Ижору, напоминают собеседники «Бумаги». Беспилотники сбивали над поселком в июле прошлого года, на день ВМФ, а 27 марта этого года во время очередной атаки жители рассказывали о вспышках и взрывах, от которых дрожали стекла. Но в этот раз все было по-другому: громче и интенсивнее. Что-то «жужжало, стреляло, бабахало, слышалась артиллерийская очередь», — описывает Анна (имя изменено по просьбы героини). Ее дача находится в СНТ «Строитель» — на южной окраине Ижоры.
— Мы выскочили в сад. Летит, прямо над нами, серебристые такие птички над Ижорой нашей, — вспоминает Анна. — Сначала было страшно, стучали зубы, был выброс адреналина. Потом, когда первый шок прошел, я начала снимать видео. Подумала, что надо снять для товарищей, которые отрицают реальность и говорят, что ничего такого нет.
По словам Анны, дроны летели примерно в 100 метрах над крышами домов со стороны залива, стекла дрожали. Атака продолжалась около двух часов. Около 7:00 Анне удалось заснуть.
Кирилл (имя также изменено) встретил атаку на пляже, где с женой (и кошкой) отдыхал в палатке. Рассказывает, что проснулся от жужжания, затем началась канонада. Его жена спустилась к заливу и спряталась в овраг, а он остался наверху.
— Страха не было. Словами не описать… — рассказывает Кирилл. — Сидишь в кресле, смотришь, бах… рядом осколок упал. В восьмидесяти метрах хрень горящая прилетает в лес. Беру ведро с водой, иду тушить, потому что вокруг лес и торфяная поверхность, может начаться пожар. По пути фоткаю обломки и болванки от снарядов. Возвращаюсь на полянку, а там стул пробит и под сосной снаряд разорвавшийся.
Позже губернатор Александр Дрозденко отчитался о четверых пострадавших жителях Большой Ижоры — ребенке и троих взрослых. Одного человека госпитализировали. Кирилл говорит, что одного из взрослых ранило на пляже. Сам момент ранения он не видел, но видел человека с поврежденной стопой. Только около 10 утра отдыхающих все-таки попросили покинуть пляж.
— Прибежал солдатик и сказал, чтобы уходили отсюда.Собрали всех отдыхающих, человек тридцать, вышли на шоссе, и там уже добирались, кто как мог.
Эвакуация началась через четыре часа после начала атаки. Выехать смогли не все
Анна вновь проснулась в 10 утра. Звуки взрывов возобновились, но артиллерийских очередей уже не было. «Я подумала, что всё, у нас война началась (имеется ввиду полномасштабное вторжение в Россию — прим. «Бумаги»)», — признается она. Муж, уехавший в центр Ижоры, по телефону успокоил — в поселке горят и взрываются склады с боеприпасами. Позже глава администрации Ломоносовского района Алексей Кондрашов подтвердил, что атаковали 15-й арсенал ВМФ рядом с поселком.
Тем временем на улицах появились полицейские машины. Вместе с добровольцами они объезжали центральную часть Большой Ижоры, делая объявления в мегафоны. Местные чаты во второй раз после утренней атаки дронов оживились.
— Скажите, что объявляют? Ничего не разобрать.
— Эвакуацию в сторону «Теремка».
— Пешком?
— Вот этого не знаю, наверное, можно и на машине.
«Теремок» — продуктовый магазин на въезде в поселок. Там около 9:00 жителей ждали автобусы для эвакуации в соседние деревни Пеники и Гостилицы.
Эвакуировали не всех. Одна из собеседниц «Бумаги» сказала, что ничего не знала об эвакуации, другой житель поселка признался, что остался дома спать. До СНТ, где находилась Анна, полицейские машины не доехали. Кирилл рассказал, что к тому моменту, когда люди с пляжа добрались до ближайшей остановки, эвакуационные автобусы из Большой Ижоры уже ушли.
— Народ пошел пешком до Ижоры, но мы не пошли ни в Ижору, ни в Пеники, потому что устали, — объясняет Кирилл. — Сидели на остановке у пожарной части (примерно в трех километрах от места эвакуации — прим. «Бумаги») три часа. Потом нам сказали, что приедут ФСБшники и нам лучше уйти.
Губернатор Александр Дрозденко отчитался, что всего из опасной зоны вывезли 600 человек, 390 из них отправили в пункты временного размещения. Всего же население Ижоры, не считая дачников, составляет около 2,5 тысяч человек. Очевидцы говорят, что часть людей выезжала на своих машинах, кто-то шел пешком. Известно, что около 11:00 эвакуация прошла и в поселке Лебяжье — он находится в 10 километрах от Большой Ижоры — хотя изначально жителям говорили, что выезжать не надо.
После эвакуации поселок «выглядел апокалиптически», рассказала «Бумаге» жительница. Улицы, по ее словам, заполнили полицейские и военные машины, магазины закрылись, взрывы продолжались примерно до полудня. При этом выехать из поселка после эвакуации самостоятельно тоже было невозможно: поезда отменили, дороги перекрыли. Покинуть Ижору девушка смогла только на следующий день.
Местные отнеслись к атаке достаточно спокойно, слово «бомбежки» звучало буднично
— Паники в поселке не было, — рассказывает корреспондентке «Бумаги» подключившийся к разговору муж Анны, — Люди обсуждали происходящее: «это в нас летело», «это над нами летело». Описывали свои ощущения. Кто-то снимал, кто-то не снимал. Кто-то материл человека на букву «П», кто-то людей, которых они называют «хохлами».
Анна тем временем обсуждала прилет с соседями. По ее словам, даже люди в возрасте реагировали на взрывы спокойно, говорили «все в порядке, это просто наш арсенал, там же снаряды для военно-морского флота». Звучало слово «бомбежки», говорит Анна, но как-то совершенно буднично. Сама девушка признается, что чувствовала огромное облегчение от того, что ее утренние опасения по поводу наземного вторжения в Ленинградскую область не оправдались.
— Это уже не первый прилет, — объясняет жительница Ижоры Светлана (имя изменено). — Люди понимают, что происходит и знают, в каком месте они живут, что здесь территория министерства обороны. Чувствовалась напряженность, но я считаю, что разгонять панику нет никакого смысла.
Светлана считает, что жители Ижоры вели себя достойно и помогали друг-другу. Те, у кого были машины забирали и увозили соседей во время эвакуации. Люди в соцсетях при этом переживали, что не могут дозвониться до близких в Ижоре и окрестностях, сами Ижорцы во время и после атаки жаловались на закрытый выезд. Светлана «панику» в местных каналах осуждает: «Была такая ситуация, из которой надо выйти. Сейчас все делается, чтобы быстрее вернуться в более-менее нормальную жизнь».
Сама Светлана после утренней атаки уехала по делам в Сосновый Бор. На обратном пути заехала на Таменгонтские карьеры — одну из любимых точек отдыха местных жителей. Говорит, что пляж был полный, люди жарили шашлыки, катались на сапбордах, отдыхали в палатках. Светлана предположила, что среди отдыхающих были, в том числе, и эвакуированные из Большой Ижоры.
Движение по дороге до сих пор не восстановлено. Местные пересказывают друг другу слухи о «минах-лепестках» в лесу
Пожар в Большой Ижоре ликвидировали в 15:00. Часть эвакуированных пробыла в пунктах временного размещения примерно до 17:00. В одном из них эвакуированная женщина попросила журналистов, снимавших пункт временного размещения, отправить снимки Владимиру Путину и Владимиру Зеленскому. «Пусть узнают, до чего нас довели», — добавила она.
Выезд из Ижоры в сторону Петербурга открыли вечером 6 июня, но железнодорожный участок и участок трассы 47А-007 между Лебяжьем и Большой Ижорой все еще остается закрыт из-за работ по разминированию дороги. Автобусы, следовавшие через поселок теперь идут в объезд через деревни Коваши, Лопухинка и Гостилицы. Автобус № 672 временно не ходит. От Ломоносова до Калище запустили бесплатный автобус, но мест в нем не хватает на всех желающих. Местные пишут, что на 19 посадочных мест по утрам претендует около 40 ожидающих на остановке. Ижорцы жалуются, что не могут добраться до работы или сильно опаздывают.
Цены на такси из Соснового Бора до вокзала в Ломоносове выросли до 5500 рублей, а в соцсетях появились «бомбилы», которые предлагают довезти за 1000 рублей. При этом многие местные жители подвозят соседей бесплатно.
Светлана уверена, что местные привыкли к перекрытиям. Незадолго до атаки проезд перекрывали из-за реконструкции моста. Однако железнодорожное сообщение при этом оставалось доступным.
У Соснового Бора рядом с деревней Борки, расположенной между Лебяжьем и Большой Ижорой растянули красно-белые ленты и вывесили предупреждение «Опасная зона. Проход, проезд запрещен». 7 июня в пабликах вновь писали о звуках взрывов, местные предполагали, что причина взрывов — разминирование леса. Стали писать о якобы разбросанных по окрестности «минах-лепестках» — маленьких противопехотных минах в пластиковом корпусе. Слух распростроняли и пророссийские военкоры, а в местных пабликах разгорелись споры о том, есть ли мины в окрестностях поселка в действительности или это фейк. На данный момент достоверных подтверждений этому нет.
«Бумага» показала военным экспертам одну из фотографий предполагаемой «мины-лепестка», которую сделали местные. Военный эксперт Давид Шарп заметил, что предмет на фото не выглядит как мина, кассетный боеприпас, часть боеголовки или зенитной ракеты, но не исключил, что это может быть часть дрона. Журналист Дмитрий Кузнец также считает, что сброс подобных мин в окрестностях Большой Ижоры маловероятен, а если бы они появились, то их фото уже утекли бы в сеть.
Кроме того, военкоры распространяли фотографию окровавленного противогаза, якобы принадлежащего одному из сотрудников пожарных служб или МЧС. О происхождении этой фотографии ничего не сообщалось, но 10 июня стало известно, что в Большой Ижоре погиб пожарный Вячеслав Чупахин. На сайте администрации поселка опубликовали его некролог, но обстоятельства смерти не уточнили. В местных сообществах пишут, что Чупахин погиб во время пожара после атаки БПЛА.
На обложке сотрудник ДПС запрещает проезд автомобилей в Большую Ижору во время эвакуации. Фото: «Бумага»
